Статьи
На едином дыхании
Сказочный корабль корсаров благополучно прибыл в Кремлевскую гавань
Вечерняя Москва
В балете, как и везде сейчас, властвует Мода. А так как «новое — это хорошо забытое старое», то с полок балетной истории извлекаются более или менее сохранившиеся раритеты и, отреставрированные, предстают перед зрителями.
В отличие от других видов искусства, балетных шедевров немного, поэтому одни и те же названия появляются на афишах разных театров почти одновременно. Так случилось и с «Корсаром» — через четыре месяца после Большого театра свою версию показал «Кремлевский балет».
Не заморачиваясь дотошными реставрациями и реконструкциями, «Кремлевский балет» выбрал версию «Корсара», проверенную годами — редакцию Юрия Григоровича, шедшую в Большом театре тринадцать лет назад. Ставка была сделана на имя, профессионализм постановщика и жанр «гран-спектакля» — шоу в «старинном стиле». «Кремлевский балет» не прогадал, шоу превзошло все ожидания. 
Григорович не захотел приблизиться к модным «Пиратам» и не стремился воплотить в балете незабвенный образ Джека-Воробья. Балетмейстер просто поведал зрителям романтическую сказку, якобы основанную когдато на поэме лорда Байрона. Сказку балетную и потому — живущую по своим законам, неподдающимся никакой логике, кроме, собственно балетной.
Как известно, балетная логика подчиняется только одному божеству — ее величеству Балерине. Захотела Балерина эффектную вариацию на выход — пожалуйста, балетмейстер включает в и без того рыхлую музыкальную ткань «Корсара» вариацию с бубном из «Эсмеральды». Нужно новое адажио? Ради бога, получите «новинку» прямиком с туманного Альбиона. Неважно, что само адажио тоже весьма туманно и невнятно, главное — Балерина довольна.
Труппа «Кремлевского балета» слышит музыку, льющуюся из-под дирижерской палочки Александра Лавренюка, танцует, как никогда раньше не танцевала, а сказочный корабль корсаров благополучно прибыл в кремлевскую гавань. Но главной героиней балета была, конечно, невеста Корсара — Медора. Танцевавшая премьеру приглашенная звезда Анастасия Волочкова продемонстрировала все свои достоинства и стала центром этого помпезного и красочного шоу.
Медора Волочковой воскрешает былое имперское величие балетов Петипа и одновременно олицетворяет современный тип балерины-гастролерши. Ликующе-победительной появилась на сцене Анастасия Волочкова в эффектнейшей вариации из «Эсмеральды». Казалось, что балерине все равно, где, когда и зачем вышла на сцену ее героиня. Главным было другое — появилась Балерина. Но отметим что не все так просто — в последующем адажио с возлюбленным Волочкова неожиданно показала заинтересованность и подлинное чувство.
Изысканно-чарующей и кокетливой оказалась ее Медора в сцене с Сеид-пашой, драматичной — в сцене в гроте. А в «Оживленном саду» балерина блистательно демонстрировала чеканные аттитюды и стремительные, чуть провоцирующие аффектированные арабески.
Партнером Анастасии Волочковой, ее Конрадом, стал солист Национальной оперы Украины Сергей Сидорский, знакомый москвичам по последнему Конкурсу артистов балета. За это время танцовщик значительно вырос в профессиональном плане и уверенно вел спектакль, показав себя как хорошим партнером, так и техничным солистом. Его Конрад был экспрессивен в сцене с корсарами в гроте, хладнокровен, когда пристрелил предателя, но недостаточно чуток в дуэтах с Медорой.
Неожиданно раскрылся в этом балете Андрей Лопаев, сыгравший друга-антипода Конрада Бирбанто. Прекрасный прыжок, хорошую технику и артистизм продемонстрировал танцовщик как в танце корсаров и в «Форбане», так и в игровых сценах. Достойной подругой Бирбанто стала динамичная Вероника Варновская. Особого внимания заслуживают Кристина Кретова — молодая звезда «Кремлевского балета» и Михаил Мартынюк, исполнившие танец торговца и невольницы легко, технично, эмоционально и гармонично. Также Кристина Кретова победительно-бравурно станцевала вторую вариацию в танце одалисок.
В танце невольниц в первом акте солировала Ольга Зубкова, исполнившая свою вариацию с легкой долей небрежности. Светлана Тоньшева, танцевавшая первую вариацию танца одалисок, явно не попала «в формат» балета, «проскакав» мимо как хореографии, так и музыки. А вот Александра Тимофеева сделала серьезную заявку на балеринское положение, показав в третьей вариации одалисок сильную и отточенную технику. Чуть меньше удалась ей вариация в «Оживленном саду».
В конце балета, как и в начале, на сцене бушевало море, на волнах которого покачивался сказочный корабль, созданный воображением художника Николая Шаронова. Этому кораблю, прибывшему в кремлевскую гавань, не грозит никакое кораблекрушение, пока у руля стоит маститый кормчий — Юрий Григорович. 

Борис Тарасов, 31.10.2007





СтатьиСтатьи
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru