Галина Уланова
Народная артистка СССР

Галина Сергеевна Уланова (1910-1998) — великая балерина современности. Чудо искусства Улановой — это «души исполненный полет». Таковы ее незабываемые создания: образы Одетты и Одиллии, принцессы Авроры, Джульетты, Жизели, Золушки, Марии из «Бахчисарайского фонтана».

Уланова родилась в Петербурге в семье балетных артистов. Она стала одной из первых учениц выдающегося педагога Агриппины Яковлевны Вагановой, по классу которой и закончила Ленинградское хореографическое училище.

Танцевала на сцене Ленинградского театра оперы и балета им. С. М. Кирова, а потом в Москве, в Большом театре. Галина Уланова — первая Джульетта в знаменитом балете С. Прокофьева, потрясшем западный мир во время лондонских гастролей 1956 года. Тогда английская прима-балерина Марго Фонтейн писала о ней: «Это — магия. Я не могу даже пытаться говорить о танцах Улановой. Это настолько великолепно, что я не нахожу слов».

Галина Уланова — педагог и репетитор последних поколений звезд Большого театра. Ее воспитанники: Нина Тимофеева, Екатерина Максимова, Владимир Васильев, Людмила Семеняка, Алла Михальченко, Нина Семизорова, Надежда Грачева. Ее ученицей была и рано ушедшая таджикская балерина Малика Сабирова, чье имя присвоено теперь Национальному фестивалю.

Галина Уланова имеет почетные звания и награды. Их у неё столько, что не перечислить все: Герой Социалистического Труда, Народная артистка СССР, лауреат Ленинской и Государственных премий?

«Уланова принадлежит России и миру. В свое время Альберт Кан сделал более 5 тысяч фотографий Улановой в образе Лебедя. Творение Янсен-Манизер стоит перед Музеем балета в Стокгольме. Она — гений русского балета, его неуловимая душа, его вдохновенная поэзия. .. во всех созданиях Улановой вы чувствуете ее острый, пытливый, проникновенный ум?».
Сергей Прокофьев

«Уланова… совершает чудо перевоплощения, передавая глубокие эмоциональные категории в материи танца. Уланова обладает всем — невероятной техникой, полностью скрытой за формой непринужденного плавного танца, прекрасным интеллектом и великолепной эмоциональностью».
Арнольд Хаскелл

«Творческая жизнь Улановой нашла естественное и прекрасное воплощение в учениках. Но в балете по-прежнему остается ее собственное искусство балерины. И не просто как легенда о прошедшем, а как живой идеал, который — и сегодня непостижимый — манит современный балетный театр и влияет на его совершенствование».
Нина Дорлиак и Святослав Рихтер

«В 1956 году Большой балет впервые после страшных сталинских лет приехал на гастроли на Запад, в Лондон. Улановой было сорок шесть. Танцевальный период подходил к концу. Пройдет четыре года и Уланова уйдет со сцены навсегда, оставив по себе театральную легенду и славу великой балерины. Ее имя будет всегда окружено ореолом. Она уйдет, не позволив никому увидеть, как слабеют силы и иссякает энергия, что часто случается с выдающимися танцовщицами, у которых не хватает мужества вовремя уйти со сцены. Последний раз Уланова танцевала в Большом в декабре 1960 года в „Шопениане“.

Тогда в далеком 1956-м, она показала в Лондоне своих Джульетту и Жизель. Ее сразу назвали „первой балериной мира“, „божественной Галиной Улановой“.

Овация после „Ромео и Джульетты“ длилась бесконечно, казалось, остановилось время. В зале находились Вивианн Ли, Лоренс Оливье, Тамара Карсавина. После первого акта стояла гробовая тишина. Потом зал встал. После Жизели ее сопровождала полиция, подойти к машине она не могла, зрители не давали завести мотор, ее привезли в отель на холостом ходу. То был триумф. Английская пресса писала о том, что никто из всех живущих танцовщиц на планете Земля не может сравниться с ее гениальным даром. Имя Улановой стало символом балета. Казалось, ее танцу свойственен строгий академизм, но он не мешал внутренней свободе. Мир признал Уланову и был покорен.

Я видел Уланову не только в Джульетте и Жизели. Помню отчетливо ее в партии Тао-Хоа в балете Глиэра „Красный мак“, ее грацию, изящество, утонченность; ее Марию в „Бахчисарайском фонтане“ Асафьева, танцевальная партия была скудная, а язык пластических реплик неотразим. Все, что танцевала Уланова, было наполнено содержанием и смыслом. Что-то потустороннее было в ее танце, неземное, ее искусство являло собой поэзию и романтизм, в нем было что-то загадочное, неразрешимое до конца.

Но я раздумываю о другом; как определить особенность ее уникального искусства, особенность ее человеческого облика, ее личности? Изредка встречаясь с ней, видел усталость и очень трезвый ум. Никакой восторженности ни по отношению к себе, ни к другим. Тихая, скромная, элегантная женщина. С редким тактом, воспитанная в эпоху, когда ценили дар и душевную красоту. Она ощутима была и тогда, когда Уланова уже не была на сцене, — та внутренняя независимость, которая потрясла в ее Марии, Джульетте, Жизели, Тао-Хоа. Умение быть пушкинской Марией, напоминать своим потупленным взором Джульетты итальянских мадонн, умение легким, едва заметным поворотом головы создавать образ хрупкой, похожей на гравюру китаянки Тао-Хоа, — это великий талант. Возвышенная красота и поэзия в каждом движении. ..

А танцевала она мало. Придя в Большой театр в 1944 году, Уланова повторила на его сцене в новых постановках партии, что танцевала прежде в Мариинском театре. Снова Жизель, впервые она танцевала ее в 1932-м, Одетта и Одиллия в „Лебедином озере“, Мария в „Бахчисарайском фонтане“, то была ее первая роль в Большом.

Премьеру „Бахчисарайского фонтана“ она танцевала в Ленинграде еще в 1934 году. В сущности, новых партий на сцене Большого театра было четыре: Золушка, Параша в „Медном всаднике“, Катерина в „Каменном цветке“ и Тао-Хоа в „Красном маке“. Вот и все. После 1949 года премьер не было пять лет, потом — „Каменный цветок“. В январе 1995 года не было торжественного вечера. Уланова решительно отказалась от него. Да и зачем? Что он может изменить или дать ее душе?

Жизнь Улановой в балете включала в себя великую судьбу и восторженное отношение тех, кому посчастливилось соприкоснуться с ней».
Виталий Вульф






Людмила СеменякаЮрий Фатеев
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru