Статьи
Приглашенная звезда

Политический журнал
По слухам, около года назад ведущие балерины Большого театра зашли в кабинет директора и, не тратя времени на предисловия, поставили ультиматум: или Вишнева или они. Господин Иксанов ответил: конечно, вы! Поэтому намечавшаяся интрига с переходом звезды Мариинского театра Дианы Вишневой так и осталась всего лишь интригой. Хотя, по тем же слухам, директор Большого был бы очень рад видеть Вишневу в своем коллективе. Да и она была вроде бы не против. .. Однако танцевать в Большом в качестве «приглашенного гостя» Вишневой не может помешать даже профессиональная зависть московских звезд. И поэтому 1 апреля она выйдет на сцену в знаменитом балете «Дон Кихот»?

 — Почему во время последних больших по масштабу гастролей Мариинского в Москве вашего имени не было в афише? Не значит ли это, что в Мариинском театре поменялась табель о рангах? Мы привыкли к первому эшелону балерин?

 — Так сложилось случайно. Если бы я не была связана с АБТ и знала заранее о гастролях в Москву, может, и можно было бы что-то поменять. Это случайность, из-за которой расстроились и дирекция, и я.

 — Но ведь это предпочтение частных гастролей гастролям своей труппы?

 — Нет, это не частное дело. Меня много лет приглашали в АБТ, то есть уже было приглашение. И в этом сезоне так сложилось с АБТ, они сделали мне контракт, я танцевала «Ромео и Джульетту» Макмиллана. Но вообще меня приглашали на много спектаклей на весь сезон, а я выбрала свои самые любимые спектакли, чтобы не было потока. Потому что они предлагали и «Раймонду», и «Корсара», я сразу отказалась — мне достаточно нескольких названий для первого сезона. Открытие будет «Дон Кихотом», «Балет Империал» (недавно показывали в Москве, а премьеру я танцевала в Берлине), потом будут «Лебединое» в редакции Маккензи и «Жизель» с Владимиром Малаховым.

 — Малахов — это ваша идея?

 — Нет, но, конечно, со мной это обсуждалось, со мной говорили о партнерах. Кандидатуры обсуждались разные, но я, конечно, хотела с Володей танцевать. И когда так все сложилось, я была очень рада.

 — Сколько же стоят билеты в АБТ на дуэт Вишнева-Малахов?

 — Это вопрос не ко мне, я ничего в этом не понимаю. Но не думаю, что слишком много. За границей есть определенная цена, и она не взлетает внезапно, как в России. Там нет такой разницы, как здесь. И таких цен, как здесь, нигде в мире тоже нет.

 — Таких гуманных?

 — Антигуманных.

 — А, скажем, ваше вознаграждение как-то от этого зависит?

 — Зависит от контракта. Но Нью-Йорк, Метрополитен? Понимаете, есть несколько площадок в мире, где танцевать просто престижно. Это не для работы и зарабатывания денег. Для тебя это честь. Мариинский и Большой в этом списке.

 — То есть для вас это сегодня несущественно?

 — Не могу так сказать.

 — А на критику в прессе вы реагируете?

 — Наверное, это нескромно, но я могу о себе говорить как о сложившейся личности и балерине. Я иду своим путем. Конечно, я слушаю близких, педагога Нину Николаевну. Но я не так отношусь к критике, чтобы после нехорошей рецензии перестать ездить и выступать где-то конкретно. У меня есть свой зритель, который обязательно на меня ходит, свои поклонники, и работы столько, что только успевай.

 — Очень интересна история ваших взаимоотношений со знаменитым хореографам Уильямом Форсайтом во время его работы в Мариинском. Что произошло в репетиционном зале? Кто на кого фыркнул, кто кого обидел?

 — Никто ни на кого не фыркнул. Я достаточно воспитанный и тактичный человек, чтобы на кого-то фыркнуть, тем более на Форсайта. А уж о нем и говорить не приходится. Все произошло случайно, мы друг друга не поняли. Ему что-то показалось, я была перед премьерой издерганная, не было сил от жуткого напряжения и таких тяжелых репетиций. Когда он приехал за три дня до премьеры, он стал очень многое кардинально менять. А я отношусь к тому, что делаю, до сумасшествия скрупулезно, и когда я уже поняла, что не могу сделать того, что он просит, а премьера завтра, у меня началось депрессивное состояние. Почти стресс. Это даже нельзя назвать конфликтом, именно непонимание. И так как я постеснялась к нему подойти и сказать напрямую об этом, он расценил ситуацию в смысле «как она могла себя так повести». А я просто постеснялась. Но после премьеры мы обсуждали дальнейшие совместные планы.

 — Политесы?

 — Он замечательный человек и вообще очень много дал мне в плане даже не профессиональном, а человеческом. Мы много разговаривали и когда этот как бы конфликт произошел, и потом. Случилось так, что теперь будет танцевать другая, и он говорил, что поменять что-нибудь уже трудно, и я сама убеждала его, что менять ничего уже не надо. Я даже обрадовалась, что у меня появилось время, чтобы я дошла до того, что хотела видеть у себя в этом балете.

 — Вы соблюдаете какое-то соотношение между выступлениями по приглашению и в Санкт-Петербурге?

 — В последнее время я острее понимаю, что должна чаще танцевать дома, в Мариинке. Но есть денежные проблемы, которые все равно толкают тебя ехать на Запад. Есть и профессиональный шлейф примы-балерины Мариинского театра. Во всех театрах, где бы я ни танцевала, я представляю Мариинский театр. Поэтому ни в коем случае моя ситуация не соответствует разговорам о том, что «Вишнева уехала». Нет. Я никогда не уеду и Мариинский никогда ни на что не променяю. Во всяком случае сейчас — нет. Я обожаю и труппу, и город, и сам театр. Просто мне захотелось попробовать другие спектакли, другие редакции, другие театры. А когда есть такая возможность и достойные предложения — даже директор Мариинского балета Махарбек Вазиев сам делал мне приглашения в Парижскую оперу и Ла Скала, — то надо пробовать. И это заражает — хочется больше и больше танцевать где-то еще. Даже когда кажется, что я уже натанцевалась.

 — Вы несете по миру на пуантах Мариинский театр, бренд Мариинского театра.

 — Да, но я не одна балерина Мариинского театра. Нас много (смеется). Много и молодых, и талантливых.

 — Мне кажется, что молодые лишены той самой индивидуальности, которая была у балерин вашего поколения. Поймите, я не призываю вас ругать коллег, но?

 — А я и не знаю, с чем это связано. Трудно говорить о себе: «Я - яркая, а другие — не очень». Нет. Не знаю, с чем это связано. Хотя очень важно понимать, что ты несешь со сцены.

 — Однажды из ложи дирекции я слышала, как вы говорили партнеру: «Я сейчас упаду, сейчас упаду». Это была «Кармен». Вы вообще часто разговариваете в этом «молчаливом» искусстве — балете?

 — Да нет, нечасто. Важно попасть на общее понимание, на вкусовые вещи. Очень важно понимание красоты, которое мы несем со сцены, и на каком языке при этом говорить — абсолютно неважно. Вот с Володей Малаховым иногда разговариваем, но при этом стараемся нести в зал чистоту и любовь, и из этого складывается дуэт.

 — Во время своего первого появления на сцене вы были настоящим чудо-ребенком. И вот буквально на наших глазах чудо-ребенок превратился в большую балерину и в мировую звезду.

 — Мне кажется, это связано с моими бенефисами, которых случилось как-то сразу много. Собиралась делать один, получилось три. Один во время фестиваля балета «Мариинский», второй в консерватории, третий — бенефисная «Жизель» в театре. У меня были отрывки из постановок очень разных авторов: Форсайт, Ратманский, Бежар. Причем я разговаривала с Валерием Абисаловичем Гергиевым, и он сразу сказал: «Почему консерватория? Давайте это сделаем в театре». И в театре был бенефис, моя новая работа молодого постановщика Алексея Кононова. Надо давать молодым хореографам шанс, иначе откуда же они появятся? Но я танцевала «Щелкунчика» в Париже, в «Шатле», и времени на подготовку нового номера не было. И я решила танцевать мою любимую Жизель. Получилось, что десятилетие творческой деятельности я отметила очень бурно. Хотя не думала, что так все получится: вечера делать безумно трудно, и три вечера за три месяца — это нагрузка.

 — У звезд принято спрашивать о творческих планах?

 — У меня есть сайт в Интернете, там все расписание вперед, можно смотреть, потому что сама я плохо помню. Много танцую в Японии, в Национальном театре. В Берлине в последние годы много танцевала, обкрадывая, к сожалению, своего зрителя в Питере. Получается, что с Мариинским театром я очень много танцую, но чаще на гастролях, чем в родных стенах. В прошлом году я постаралась, чтобы в театре у меня получалось больше спектаклей.

 — У вас нет ощущения, что, чем чаще вы пропадаете из Мариинки, тем больше вас там любят?

 — Конечно, театр не хочет, чтоб я уезжала часто, и время от времени «принимает меры», чтобы я не ездила. Но ведь уезжаю я не только ради удовольствия и поднятия профессионального уровня. И поддерживать свой мировой статус можно только так. Рынка Москвы и Питера недостаточно, да ведь и не бывает пророка в своем Отечестве.

 — А Китри в «Дон Кихоте» вам танцевать не надоело?

 — Ну что значит — не надоело? На каждый спектакль ты должна выходить и доказывать, что ты достойна. Понятно, что одной ролью ничего не сделаешь.

 — Но ведь вас зритель полюбил сразу, вам не пришлось завоевывать зал годами и понемногу?

 — Не скажите. Очень трудно, когда ты подавал большие надежды, этим надеждам соответствовать. Безумно трудно. Не знаю даже, что труднее — подавать надежды или их оправдывать.

ДОСЬЕ

Диана ВИШНЕВА родилась в Ленинграде. В шестилетнем возрасте начала заниматься в хореографическом кружке во Дворце пионеров, но в Академию русского балета им. Агриппины Вагановой поступила с третьей попытки. В 1994 г. подающая надежды ученица едет в Лозанну на всемирно известный конкурс Prix de Lausanne и получает золотую медаль. Через два года она солистка Мариинского театра, дебютировавшая в партии Китри и балетах Джорджа Баланчина. Обласкана всеми возможными балетными премиями, в том числе «Божественной» и «Бенуа де ля данс». C 2005 г. — приглашенная солистка в American Ballet Theatre, любимая балерина Берлинской оперы и множества других театров, включая Парижскую оперу. В минувшем сезоне постоянный контракт с Дианой Вишневой пробовал заключить Большой театр, но этому воспротивились ведущие балерины, не желающие мириться с сильной конкуренткой. Впрочем, Вишневой это не испортило настроения. Ее спектакли расписаны на много лет вперед, она неленива и любопытна, а ее вкус к жизни виден со сцены в каждом па.

В начале октября Вишнева танцевала в Большом «Жизель».

Лидия Ночнева, 2.04.2007





СтатьиСтатьи
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru