Статьи
Вареники с Вишневой

Утро.ру
Диана Вишнева, прима-балерина Мариинского театра, в начале недели станцевала «Дон Кихот» в Москве. Участие звезды мирового балета в спектакле Большого театра — результат долгого и, несмотря на славу, отнюдь не безоблачного творческого пути. На сегодняшний день и не скажешь однозначно, кто кому больше нужен: ГАБТ Вишневой или Вишнева ГАБТу. 

Конечно, ее международная карьера вполне успешна. Перед московским «Дон Кихотом» Диана Вишнева ездила в Берлин перевоплощаться в Брунгильду, затянутую черной кожей: так выглядит вагнеровская валькирия в балете Мориса Бежара «Кольцо вокруг кольца». После ГАБТа прима поедет в Нью-Йорк: Вишнева — ведущая солистка Американского балетного театра, она откроет весенний сезон труппы на сцене Метрополитен-опера. Критики пристально следят за ее творчеством. Один мой коллега так взволновался на спектакле Вишневой, что написал текст не о танце, а о своих переживаниях: как ему в голову лезли ассоциации с фамилией — и вареники с вишнями, и пьеса Чехова, и даже имя индийского шахматного гроссмейстера Вишванатана Ананда… Но в родном Мариинском театре спектакли Дианы Вишневой в последние годы можно пересчитать по пальцам одной руки. А сама она не заинтересована в том, чтобы российская публика ее забыла. Слишком много было приложено сил для выстраивания успеха.

В 1990-х гг. Мариинский театр сделал ставку на талант и красоту юной Вишневой (как и Ульяны Лопаткиной) в мощной рекламной кампании «у нас лучшая в мире группа молодых дарований». Но в последнее время жизнь Вишневой в родном городе складывается не гладко: пока прима выполняет обязанности по зарубежным контрактам, руководство балета Мариинки поощряет новое поколение танцовщиц. Диана даже собралась перейти в Большой театр, но переговоры с дирекцией, проходившие при активной неприязни московских балерин, окончились ничем. Впрочем, обиды на Москву питерская прима не затаила, а ГАБТ по-прежнему зовет Диану на выступления. В итоге все довольны, даже балетоманы старой закваски, которые прежде упрекали Вишневу в «американизации» русской танцевальной манеры, а теперь умиляются «милой Дианочке». Доволен Большой театр — касса на спектаклях знаменитости обеспечена. И довольна сама Диана: для нее каждое московское выступление — повод заткнуть рты столичным «заклятым друзьям». Хорошо и то, что балетная труппа ГАБТа, изнывая от желания вырвать у пришлой соперницы зрительское внимание, больше обычного горела на работе.

«Дон Кихот» — балет зрелищный и веселый: представьте, что роман Сервантеса скрестили с мексиканским телесериалом. Главные герои — вовсе не Дон Кихот и не Санчо Панса, но дуэт героев-любовников — дочь трактирщика Китри и цирюльник Базиль. Их союз благословляет странствующий Рыцарь печального образа, сам влюбленный в прекрасную трактирщицу. Действие перемещается с городской площади Барселоны в цыганский табор, потом в дремучий лес, где ударенному мельницей Дон Кихоту в видениях являются дриады, и, наконец, во дворец герцога — там происходит свадьба главных героев, а среди людей бегают стайки амурчиков. На «Дон Кихоте» публика с удовольствием впадает в детство. Особенно радуются зрители, когда рыцарь выезжает на сцену на лошади, а Санчо — на осле.

В карьере Вишневой балет имеет особое значение. На партию Китри ее звали и в почти закрытую для иностранных гастролеров Парижскую оперу, которая предпочитает проводить политику усиленного культурного патриотизма. Видимо, на испанские ассоциации провоцирует сам облик Вишневой — черноглазой брюнетки. Судя по овациям, московская публика поверила, что не каждый холерик в жизни так неистов, как сценическая испанка Вишневой. Ее девушка из Барселоны предложила партнеру (премьер Большого театра Сергей Филин) дуэль кокетства. Балетный жених бедовой девицы, сам отличный танцовщик, рядом с Вишневой тоже изощрялся в искусстве любовного поединка.

Для создания театральной иллюзии Диане не надо рвать эмоции в клочья: на спектаклях знаменитой балерины публика все равно ценит не страсти, а раскрученный бренд. И не важно, безупречен был московский танец звезды или нет. Главное, что прима не обманула ожиданий, устроив масштабное представление на тему «звезда балета играет в трактирщицу». Только опытная и собаку съевшая на деталях балерина может так умело использовать веера и кастаньеты, чтобы обозначить испанский колорит, и так «наивно» изобразить смущение от поцелуя, хотя любовные мизансцены с партнером вызубрены назубок с 1995 г. (дата дебюта балерины в «Дон Кихоте»). Вот только безвкусные костюмы примы подпадали под высказывание Алисы «все страньше и страньше»: блекло-розовое с малиновым и густо-лиловый веер с красной юбкой смутили даже преданных поклонников Вишневой.

Нет, напрасно коллега, спровоцированный фамилией примы, вспоминал о варениках. Финальное па-де-де героев, хит балетных гала-концертов по всему миру, навеяло вкус другого блюда, с удовольствием поглощаемого публикой. Его можно назвать «тридцать два фуэте в вишневом соусе».

Майя Крылова, 4.04.2007





СтатьиСтатьи
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru