Статьи
Китри печального образа

Коммерсант
На Новой сцене Большого в московском «Дон Кихоте» с перерывом в десять лет выступила прима-балерина Мариинского театра Диана Вишнева, первая обладательница титула «божественная». На встречу с прекрасной отправилась ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.
В «Дон Кихоте» — своем коронном балете — Диана Вишнева впервые выступила в Москве ровно десять лет назад. За год до этого частное артистическое агентство «Ардани» учредило премию «Божественная Айседора», первой лауреаткой которой и стала 19-летняя балерина Мариинки. «Божественной» предоставили право станцевать в Большом. Большой в ту пору испытывал балеринский кризис: яркие дарования не проявлялись уже который сезон, и юная Диана Вишнева заняла в сердцах москвичей вакантное место. Столичные балетоманы страстно и навсегда полюбили самую московскую из всех петербургских балерин. 
С тех пор Диана Вишнева сделала отличную международную карьеру, став не только примой Мариинского театра, но и guest star (главной приглашенной балериной) берлинского Staatsballett и Американского балетного театра. Этот же статус, обеспечивающий балерине постоянное количество спектаклей в сезон, госпоже Вишневой собирался предоставить в прошлом году и Большой театр. Но этому воспрепятствовало знаменитое «директорское чаепитие»: депутация московских балерин отправилась с протестом в дирекцию, где за стаканчиком чая конфликт разрешился компромиссом — Диана Вишнева станцевала в Москве два спектакля («Лебединое озеро» и «Жизель»), но без специального статуса.
Небесспорное «Лебединое» и оригинальная «Жизель» свидетельствовали о мастерстве и безусловной яркости международной звезды. И тем более ничто не предвещало подвоха в «Дон Кихоте» — жизнерадостном, темпераментном балете, полностью соответствующем природным данным госпожи Вишневой. Но именно сейчас балерина решила взять реванш. И перестаралась, слишком активно доказывая свой звездный статус.
От избыточных усилий все пошло наперекосяк. Начиная с каких-то редкостно провинциальных костюмов — розовых рюшек и пелеринок платьица первого акта (из-за чего невысокая госпожа Вишнева сделалась похожей на домашний тортик «Наполеон»), голубой юбочки, подбитой розовым тюлем, в сцене «Таверна» и каких-то черных блесток, коварно змеящихся по и без того широким балеринским плечам, в финальном па-де-де. Но не только костюмы — сам танец балерины был на удивление провинциальным. Имитируя неукротимый темперамент, госпожа Вишнева решительно игнорировала музыку, хотя минкусовские мотивчики под палочкой 80-летнего Александра Копылова приобрели такой цирковой ритм, что ему подчинился бы и медведь.
Заведясь, балерина рвала и метала ноги, подчас выруливая из пируэтов на грани фола. Носилась по сцене, акцентируя лишь бьющие на эффект большие па и напрочь забыв о фирменной петербургской опрятности танца — лихую диагональ пируэтов она бестрепетно прошлепала по четвертой позиции вместо пятой. С почти цирковым апломбом госпожа Вишнева застревала в воздухе в высоких поддержках (партнер, премьер Большого Сергей Филин, был безукоризненно внимателен, дружелюбен и надежен), но забывала «собрать» стопы на элементарных па-де-бурре. В сцене «Сна», изображая привидевшуюся Дон Кихоту Дульсинею, балерина вдруг принялась играть этакую потустороннюю Жизель — воздевала очи к колосникам и принимала «нездешнее» выражение лица. Когда же пришла пора вариации, из напускного транса госпожа Вишнева выйти толком и не успела.
Кульминацией балета, сконцентрировавшей все особенности выступления госпожи Вишневой, стало знаменитое фуэте. Балерина вертела его с веером в руках. Чередуя одинарные повороты с двойными, в музыку она решительно не попадала; опорная нога рискованно косолапила, грозя травмой; веер, вздернутый над головой, словно кричал SOS. Из отчаянной ситуации звезда выскочила, не только не упав, но и сорвав шквал аплодисментов — как в цирке после смертельного номера.
А рядом солистки Большого без всякой аффектации били звездные рекорды: в первом акте и Уличная Танцовщица (Анастасия Яценко), и подружки Китри (Анна Ребецкая и Ольга Стеблецова) показали пример резвой отточенности танца; во втором приезжую приму переиграл непосредственный и обаятельный Амур (Нина Капцова); в третьем бесшабашные космические полеты Натальи Осиповой напрочь перечеркнули прыжковые усилия гостьи.
Этот «Дон Кихот» несколько подразвеял ореол «божественности», десять лет витавший над нашей любимой петербурженкой. Отчаиваться не стоит, можно даже порадоваться, ведь для того, чтобы увидеть в Большом классный спектакль, уже не нужно ждать заезжих знаменитостей — достаточно пойти на рядовой спектакль с какой-нибудь московской примой из 20-летних.

Татьяна Кузнецова, 3.04.2007





СтатьиСтатьи
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru