Статьи
На том же месте, в тот час
Балет Большого театра обновил свой прошлогодний триумф в Лондоне
Время новостей
Трехнедельные гастроли балета Большого театра в Лондоне совпали с дипломатическим кризисом между Россией и Великобританией, сопровождавшимся взаимной высылкой дипломатов. Однако, судя по триумфальным выступлениям российских танцовщиков, проблемы, которыми озабочены сейчас политики и дипломаты обеих стран, никак не мешают англичанам восхищаться русским балетом. Во всяком случае сидевшая в зале Английской национальной оперы, где проходят гастроли, Маргарет Тэтчер восхищенно вместе с залом аплодировала искусству Светланы Захаровой и Дениса Матвиенко на британской премьере «Корсара» Адольфа Адана в новой версии Алексея Ратманского.

Нынешние гастроли Большого можно назвать беспрецедентными, ведь ровно год назад труппа в течение месяца гастролировала в Лондоне. Не успело смолкнуть эхо прошлогодних оваций, как российский балет вновь оказался в Англии. На такой риск не пошел бы ни один театр мира. Как объяснил в интервью «МН» директор Большого театра Анатолий Иксанов, «в принципе это против правил театра — на следующий год приезжать в тот же город на гастроли. Однако интерес к нашему балету был так высок и просьбы о повторных гастролях были так активны и настоятельны, что мы согласились приехать и в этом году. Тем более что на этот раз мы привезли четыре новые работы, которые английская публика еще не видела».

Четыре новые работы — это «Корсар», в котором Ратманский сохранил значительную часть хореографии постановки Мариуса Петипа 1899 года, «Класс-концерт» Асафа Мессерера, «Эльсинор» (он же «Гамлет») в постановке английского хореографа Кристофера Уилдона на музыку Арво Пярта и одноактный балет американского хореографа Твайлы Тарп «В комнате наверху» на музыку Филипа Гласса. Ну и, кроме того, театр показывает в Лондоне «Спартака» в старой, классической постановке Григоровича, «Баядерку», «Дон Кихота» и «Светлый ручей».

Вряд ли Большой зачастил в Лондон, откликаясь лишь на настоятельные призывы англичан. У самого театра существует какая-то таинственная тяга к этому городу — возможно, чуть ли не на «генетическом» уровне. Ведь основателем Большого театра в 1776 г. наряду с князем Урусовым был приехавший тогда в Москву английский театральный импресарио Майкл Мэддокс, служивший в лондонском театре Хэймаркет. До 1825 года, когда театр был назван Большим, он именовался Театром на Петровке, которым управлял Мэддокс. Да и мировой славой балет Большого обязан своим первым лондонским гастролям 1956 года с Галиной Улановой — первым западным гастролям советского балета. Понятно, почему никакие политические скандалы и дипломатические кризисы не способны поколебать любовь англичан к Большому.

Новая версия «Корсара» удивила английских критиков масштабностью постановки, количеством и разнообразием блистательных дивертисментов. Обширная сцена Английской национальной оперы оказалась маловата для этого балета, в котором участвовало чуть ли не 150 танцоров. Критики объясняли этот масштаб невиданными в западных театрах новыми финансовыми возможностями Большого. Лондонская «Обзервер» назвала «Корсар» пропагандой. «Но это не советская идеологическая пропаганда, — уточняет газета, — а вызывающая изумление демонстрация человеческих и финансовых ресурсов новой России. Когда Ратманский посылал на сцену волна за волной всё новых солистов и танцоров кордебалета, вызывавших одно головокружение за другим, он делал это по одной простой причине: у него появилась возможность это делать».

Анатолий Иксанов, как бы соглашаясь с замечанием английского критика, отметил в интервью «МН», что «финансовые возможности театра сейчас несоизмеримы с тем, что были 15 лет назад. У театра появилась возможность выпускать много новых спектаклей, приглашать интересных и всемирно известных постановщиков, платить достойную заработную плату, чтобы артисты думали о творческом процессе, а не о том, где найти кусок хлеба насущного. В двух словах я бы это определил так: театр перешел из стадии выживания в стадию развития». Директор Большого подчеркнул, что государственная дотация покрывает не более 70% театральных расходов, остальные средства поступают из частных спонсорских источников, в том числе и иностранных. Пресса осыпала комплиментами Светлану Захарову — исполнительницу главных партий в «Корсаре» и «Баядерке». «Без этой великой балерины, — отмечает „Обзервер“, — „Корсар“ мог бы показаться дешевой безделушкой… Правда, некоторые критики утверждают, что она не чужда самовлюбленности и бывает нечувствительна к хореографическим нюансам; тем не менее это Звезда с большой буквы, которая демонстрирует великолепную уверенность в себе». Другая газета, «Индепендент», высоко оценивая танцевальную технику Захаровой, отмечает, что «в партии Медоры в „Корсаре“ балерина очаровательна, но отчуждена от роли».

Сама Светлана Захарова в интервью «МН» отметила, что сейчас ее больше всего привлекает работа над современным репертуаром. «Всю классику я уже станцевала, — говорит она, — одних „Лебединых“ я исполнила девять версий в разных странах — от Чили и Японии до России. Классикой я уже сыта. И сейчас хочется открыть свои возможности в современном балете… Единственный балет, по которому я скучаю, — „Ромео и Джульетта“ в постановке Лавровского. Он идет сейчас в Мариинском театре и когда-то шел в Большом. Мне не хватает партии Джульетты». На провокационный вопрос «МН», не хотелось бы ей перейти в лондонский Королевский балет, в репертуаре которого числится «Ромео и Джульетта», Светлана Захарова отреагировала так: «Видите ли, мне нет смысла переходить в западный театр. Меня постоянно приглашают выступать в крупнейшие театры мира. Например, я главная приглашенная прима в Ла Скала, в Национальном театре в Токио, я танцую регулярно в Гранд- опера в Париже. Так что нет нужды уезжать на Запад».

Заметное внимание английские балетные критики уделили восходящей звезде балетной труппы Большого 18-летнему Ивану Васильеву, которого они сравнивают с Барышниковым и Нуриевым. Ваня перебрался в Москву из Минска чуть более года назад и уже зарекомендовал себя одним из талантливейших и многообещающих балетных дарований России. В балетной табели о рангах он числится в звании солиста (есть и более высокие балетные чины: «ведущий солист», «главный танцовщик» и прима-балерина). В Лондоне Васильев танцует партию Базиля в «Дон Кихоте» и Золотого божка в «Баядерке». В «Корсаре» у него небольшая партия в па-де-эсклав — дивертисменте, который он танцует в дуэте с Ниной Капцовой. Именно эта партия неизменно вызывала бурную реакцию английской публики, настолько виртуозно и одновременно эмоционально заразительно танцует молодой солист.

В интервью «МН» Иван Васильев назвал танцоров, искусство которых подвигло его «уйти в балет»: Михаил Барышников, Владимир Васильев, Михаил Лавровский. Однако он не стремится подражать им, считая, что «вторичный балетный продукт» никому не интересен. «Я стараюсь, — говорит он, — высматривать у этих танцовщиков самое интересное и, грубо говоря, „воровать“ это для собственных нужд. Но при этом обязательно преобразовывать их нюансы техники и стилистической манеры, приспосабливая к собственной индивидуальности… Сам я пока считаю себя классическим танцовщиком, и пока у меня есть желание танцевать только классику. Сейчас готовлю партию Спартака в одноименном балете».

Однако главным кумиром английских критиков стал всё же Алексей Ратманский, которого они удостоили в прошлом году специальной премии Гильдии балетных критиков как лучшего хореографа сезона. Лондонская «Таймс» отмечает, что именно «своему художественному директору балет Большого обязан новыми идеями, которые появились у него в немалой мере благодаря опыту работы в Королевском датском балете». «Мне кажется очень важным, — сказал Алексей Ратманский в интервью „МН“, — чтобы Большой оставался театром особенным. Театр должен всегда быть открыт новому. Но новое в его репертуаре не должно идти вразрез с его двухсотлетней традицией. Должно сохраняться самое лучшее из манеры выдающихся танцовщиков. Я бы сказал так: надо ежедневно внимательно смотреть на себя в зеркало. Многие прекрасные вещи со временем становятся штампом и мертвеют. Поэтому так важны новые постановки, которые позволяют артистам постоянно находиться в креативном процессе». Самого Ратманского можно назвать чемпионом по части новых постановок — никто никогда не ставил больше него новых балетов в Большом. Недавно закончился его контракт с театром, который был продлен пока до конца 2008 года, когда, по его словам, после завершения реконструкции здания театра «грядет серьезная реорганизация Большого». Однако при этом он не видит «никакого повода для пессимизма в отношении будущего Большого театра».

Ефим Барбан, 10.08.2007





СтатьиСтатьи
Copyright © 2002—2017 Центр Бенуа
benois@theatre.ru